
Спутник телезрителя
4 апреля, 10:05, Кино ТВ

Лайфстайл
Премьера сериала «Гипнозис»

Интервью
Режиссер мультфильма «Лунтик. Возвращение домой» — о коммерческой анимации, Джеймсе Кэмероне и отношении к индустрии

Новости кино
Съемки проекта стартовали во Владимире

Новости кино
Музыкальная драма выйдет на платформах PREMIER и START

Новости кино
Подписчики медиаплатформы «Смотрим» получили эксклюзивный доступ к новому сериалу

Рецензии на фильмы
Евгений Цыганов в роли патриарха семьи в сиквеле народной комедии

Главная тема
Самые интересные образы юбиляра и одного из главных дебоширов Голливуда
обсуждение
Всем доброго времени суток! Хочу добавить в обсуждения не много достоверности. Борис Буткеев был родом не с Краснодара, а с Новокузнецка (Сибирь), поэтому в песне Высоцкого и говорится(сибиряк), и он действительно был боксером, потом играл в театре на Таганке. Что касается того, была ли дружба между ним и Высоцким, это правда, дружба была. (В предыдущем сообщении опечатку сделала).
"И где-то между двумя этими транзитами была создана незатейливая шутливая песенка – единственная, в которой был увековечен наш город и один из его уроженцев. «Песня о сентиментальном боксёре», про которую идёт речь, должна была начинаться так:
Удар, удар, ещё удар,
Опять удар… И вот –
Противник мой – какой кошмар! –
Проводит апперкот!..
Это была одна из композиций большого спортивного цикла, для которого автор планировал написать 49 песен – ровно столько, сколько клеток в популярной в советское время лотерее «Спортлото». Эта идея так и не была реализована до конца. Но песни, которые Высоцкий успел сочинить, – «О конькобежце», «Профессионалы», «Марафон», «Вратарь», «Утренняя гимнастика» и другие – популярны до сих пор. «Песня о сентиментальном боксёре» была самой короткой в этом цикле и претерпела больше всего редакций. Сначала поэт решил дать вымышленное имя сопернику лирического героя, и вместо «Противник мой – какой кошмар!» в первом куплете появилось «Борис Евсеев (Краснодар)» (город, скорее всего, был вставлен для рифмы). Но далее последовала череда случайностей, придавших песне её окончательный вид. Вот что вспоминает об этом Людмила Абрамова: «Во время гастролей Театра на Таганке в Сухуми в 1966 году обокрали Буткеева, причём украли настолько «всё», что он приехал в Москву в чужих „вьетнамках“… И Володя, для того чтобы развлечь и утешить его, стал петь не „Борис Евсеев“, а „Борис Буткеев“, – так это и осталось в песне».
О краснодарце Борисе Леонидовиче Буткееве (1929–1988), в юности действительно занимавшемся боксом, сохранилось очень мало сведений. Сначала служил рабочим сцены Театра драмы и комедии на Таганке, а в 1964 году, как и Высоцкий, вошёл в его труппу. Оба они участвовали практически во всех авангардистских постановках режиссёра Юрия Любимова, в частности в нашумевшем спектакле «Десять дней, которые потрясли мир» (по одноимённой книге американского писателя Джона Рида). Оба играли в кино: в числе фильмов, в которых снялся Борис Буткеев, – «В степной тиши» (1959), «Рыжик» (1960), «Сильнее урагана» (1960), «У твоего порога» (1962), «Одиночество» (1964), «Мы, русский народ» (1965) и даже культовый телесериал Татьяны Лиозновой «Семнадцать мгновений весны» (1973), где в третьей серии актёр появился в эпизодической роли.
Были Высоцкий с Буткеевым, как в песне, оппонентами или друзьями – неизвестно. Скорее всего, их жизненные пути просто пересеклись в этот период, причём пересеклись в творчестве. А «всё, что есть в песнях Высоцкого», по словам родного брата Людмилы Абрамовой – Валерия, «было им увидено или услышано, пропущено через себя».
В песенке же о сентиментальном боксёре, при всей её бойцовской специфике, при всей иронии, звучат проникнутые оптимизмом слова – своеобразный поэтический апперкот, долгие годы помогавший автору не уйти в нокаут.
Мы и сегодня помним эти слова. Мы верим им. «И жить хорошо, и жизнь хороша…» – разве можно в это не верить?.."
"И где-то между двумя этими транзитами была создана незатейливая шутливая песенка – единственная, в которой был увековечен наш город и один из его уроженцев. «Песня о сентиментальном боксёре», про которую идёт речь, должна была начинаться так:
Удар, удар, ещё удар,
Опять удар… И вот –
Противник мой – какой кошмар! –
Проводит апперкот!..
Это была одна из композиций большого спортивного цикла, для которого автор планировал написать 49 песен – ровно столько, сколько клеток в популярной в советское время лотерее «Спортлото». Эта идея так и не была реализована до конца. Но песни, которые Высоцкий успел сочинить, – «О конькобежце», «Профессионалы», «Марафон», «Вратарь», «Утренняя гимнастика» и другие – популярны до сих пор. «Песня о сентиментальном боксёре» была самой короткой в этом цикле и претерпела больше всего редакций. Сначала поэт решил дать вымышленное имя сопернику лирического героя, и вместо «Противник мой – какой кошмар!» в первом куплете появилось «Борис Евсеев (Краснодар)» (город, скорее всего, был вставлен для рифмы). Но далее последовала череда случайностей, придавших песне её окончательный вид. Вот что вспоминает об этом Людмила Абрамова: «Во время гастролей Театра на Таганке в Сухуми в 1966 году обокрали Буткеева, причём украли настолько «всё», что он приехал в Москву в чужих „вьетнамках“… И Володя, для того чтобы развлечь и утешить его, стал петь не „Борис Евсеев“, а „Борис Буткеев“, – так это и осталось в песне».
О краснодарце Борисе Леонидовиче Буткееве (1929–1988), в юности действительно занимавшемся боксом, сохранилось очень мало сведений. Сначала служил рабочим сцены Театра драмы и комедии на Таганке, а в 1964 году, как и Высоцкий, вошёл в его труппу. Оба они участвовали практически во всех авангардистских постановках режиссёра Юрия Любимова, в частности в нашумевшем спектакле «Десять дней, которые потрясли мир» (по одноимённой книге американского писателя Джона Рида). Оба играли в кино: в числе фильмов, в которых снялся Борис Буткеев, – «В степной тиши» (1959), «Рыжик» (1960), «Сильнее урагана» (1960), «У твоего порога» (1962), «Одиночество» (1964), «Мы, русский народ» (1965) и даже культовый телесериал Татьяны Лиозновой «Семнадцать мгновений весны» (1973), где в третьей серии актёр появился в эпизодической роли.
Были Высоцкий с Буткеевым, как в песне, оппонентами или друзьями – неизвестно. Скорее всего, их жизненные пути просто пересеклись в этот период, причём пересеклись в творчестве. А «всё, что есть в песнях Высоцкого», по словам родного брата Людмилы Абрамовой – Валерия, «было им увидено или услышано, пропущено через себя».
В песенке же о сентиментальном боксёре, при всей её бойцовской специфике, при всей иронии, звучат проникнутые оптимизмом слова – своеобразный поэтический апперкот, долгие годы помогавший автору не уйти в нокаут.
Мы и сегодня помним эти слова. Мы верим им. «И жить хорошо, и жизнь хороша…» – разве можно в это не верить?.."
Анатолий Меньщиков: «Высоцкий был единственным свободным человеком в несвободной стране».
Интервью - 25 января 2018
Арт-Журнал «Около» продолжает серию интервью с людьми, знавшими сегодняшнего юбиляра – Владимира Высоцкого.
Заслуженный артист РФ Анатолий Меньщиков, актёр театра, радио и телевидения, мастер художественного слова, биограф-историк, дружил с артистом и поэтом тринадцать лет.
Около: Анатолий Сергеевич, когда Вы впервые увидели Высоцкого?
А.М. В очереди за получкой! Я пришел в Театр на Таганке 17 октября 1967 года, а 2 ноября давали зарплату и Высоцкий стоял за мной. Мы еще были практически не знакомы. Я был рабочий сцены, а как такой вообще может познакомиться с актером? У меня это произошло необычно. Мне было 18 лет. Я получил зарплату, уже не первую. До этого с Высоцким не общался никогда.
В театре служил тогда такой актер – Боря Буткеев.
«Но думал Буткеев, мне челюсть кроша:
И жить хорошо, и жизнь хороша!» – это в песне о нем.
Боря меня позвал:
-Получил получку?.
-Получил.
-Давай в карты сыграем!.
Актер зовет паренька – монтировщика играть в карты! Я, конечно, согласился! Пошли играть. Я выигрывал и выигрывал по пять копеек в очко. Гляжу, у меня была зарплата 37.50, а уже 38, 39, 40, 45 — выигрыш! И мне так понравилось играть в карты! Я думал, что я богач уже! Тогда мы стали играть дальше, по пятачку, по двадцать, по полтинничку. И вот, когда стали играть по полтинничку, то через несколько минут у меня не осталось ничего. Я проиграл все. У меня больше не было денег. «Значит, игра закончена», – сказал Буткеев и ушел. Я тоже ушел. У нас в фойе актерском был такой тамбур, через который выносили декорации, там стояло кресло драное. Я сел в это кресло и начал тихо плакать. Получку получил, а нести домой нечего! Жили тогда плохо, денег не было вообще. Сижу, плачу, Высоцкий мимо проходит. Посмотрел на меня, подошел:
-Ты чего?.
-Ничего!.
-С Буткеевым в карты играл?.
-Да…
Высота (так звали Высоцкого в театре) ушел наверх, вернулся, приносит мне 50 рублей. Он даже не спросил, сколько я проиграл, просто взял у Буткеева полтинник и отдал мне. Это было первое общение с Высоцким. Боря потом долго дулся на меня, но он парень был отходчивый. Наверное даже, ему эти деньги нужны были больше, чем мне.
Около: А почему он их так легко отдал Высоцкому?
А.М. Я не знаю — он ушел, пришел, отдал мне деньги. Высота был человеком! У него чувство справедливости просто кипело.
«М. Ц.: – В те времена (речь о середине – конце 1960-х гг. – А. П.) Высоцкий довольно плотно общался с группой молодых актеров – Арутюняном, Кошманом, Буткеевым. Вы полагаете, их связывала дружба, или просто развлекались вместе?
А. Х.: – Нет, Владимир с ними особенно не дружил. Он больше общался в то время с Валерой Золотухиным и Веней Смеховым. Немножко к ним примыкали Юра Смирнов, Боря Хмельницкий, Васильев Толя. А Буткеев и прочие – это, что называется, с боку припеку, сильно они не общались. Больше с Володей они встречались по пьянке. В те времена мы все портвейн употребляли. Володя вообще мог подойти в театре к любой компании и выпить с ними, но дружба у него была только с определенным кругом людей».(7)
Вот такое свидетельство. И если есть основания не доверять рассказу Vlad Mulukin, то уж интервьюеру Марка, знавшему обстановку в театре что называется изнутри, думаю верить можно.
Расшифруем новояз: "чел" - это человек, тип, "чуханить" - унижать, издеваться.
У кого есть сведения о жизни, творчестве и смерти актера Бориса Буткеева (г. Краснодар) (героя песни Владимира Высоцкого "Сентиментальный боксер") - просьба откликнуться! Важны любые сведения и свидетельства!
К сожалению, не известны даже отчество Бориса, день и месяц его рождения и смерти, причины ее, названия города, в котором Буткеев похоронен, место захоронения... Совсем нет сведений о его семье и близких... Если кто-то из читателей и зрителей может точно ответить на поставленные вопросы и обладает сведениями о написанном выше - большая просьба поделиться информацией!
Первый куплет «Сентиментального боксера» выглядит так:
Удар, удар, еще удар,
Опять удар... И вот –
Борис Буткеев (Краснодар)
Проводит апперкот!
Читатель резонно спросит: какое отношение имеет веселая песня к нашему городу, пусть даже и упомянутому в ней? Вполне возможно, что поэт выбрал название столицы Кубани для своей песни просто для рифмы. Оказывается – имеет песня отношение к кубанской столице, пусть даже косвенное. Точнее, не к самому городу, но к одному из ее уроженцев.
Дело в том, что в 1960-70-е годы в Театре на Таганке служил вначале - рабочим сцены, затем актером Борис Буткеев, а родом он был из Краснодара. И одно время, даже, занимался боксом. Таким образом, наблюдательность и поэтическое остроумие Владимира Высоцкого помогли увековечить имя, фамилию и родной город Бориса в песне!
Этот факт подтверждает в своих воспоминаниях Валерий Абрамов, родной брат второй жены поэта Людмилы Абрамовой: «Все, что есть в песнях Высоцкого, было им увидено или услышано, пропущено через себя. Если мы пока не нашли источник, то или мы плохо знаем его песни, или плохо знаем его жизнь. Помните: «Борис Буткеев (Краснодар)...», а дальше: «он сибиряк, настырные они...» Почему сибиряк, если из Краснодара? А в первом варианте песни «Сентиментальный боксер» было так: «Противник мой – какой кошмар! – проводит апперкот...» – и все было прекрасно. Но потом Володя вставил Бориса Буткеева. Буткеев был тогда рабочим сцены, потом стал актером Театра на Таганке, так он действительно из Краснодара. И эта строчка, взятая прямо из жизни, так и осталась в песне».
Людмила Абрамова вспоминала: «Во время гастролей Театра на Таганке в Сухуми в 1966 году обокрали Буткеева, – причем украли настолько «все», что он приехал в Москву в чужих «вьетнамках»... И Володя, для того чтобы развлечь и утешить его, стал петь не «Борис Евсеев», а «Борис Буткеев», – так это и осталось в песне».
Слова Абрамовых дополняют другие воспоминания - коллеги Владимира Высоцкого по театру актера Анатолия Васильева: «То, что «Удар, удар...» посвящена нашему артисту Борису Буткееву – это сто процентов. Боря очень любил говорить об этом. Он боксер и, по-моему, из Краснодара (здесь я боюсь ошибиться)».
Нет здесь никакой ошибки! Борис – уроженец нашего города!
Об этом же - актер Вениамин Смехов в записках, озаглавленных "Фрагменты памяти" «Знаки его (Высоцкого. - А. П.) пристрастий – серебристые вспышки, россыпи упоминаний в песнях...
Борис Буткеев, наш актер, предстал боксером из Краснодара...»
Сохранились, также, неплохие снимки, сделанные в Венгрии в 1976 году, во время гастролей Таганки на том же спектакле по Д. Риду. На этих фотографиях наш земляк тоже – в шинели и фуражке.
Кроме этого, Буткеев проявил себя и как актер кино, снявшись в фильмах «В степной тиши» (1959), «Рыжик» (1960, Ленька Фомич), «Сильнее урагана» (1960, Радист), «У твоего порога» (1962, Кочергин), «Мы, русский народ» (1965, Матрос Федор Матвеев). Последней в фильмографии Бориса Буткеева значится ставшая культовой телевизионная картина режиссера Татьяны Лиозновой «Семнадцать мгновений весны» (1973), в третьей серии которой краснодарец снялся в эпизодической роли.
Действительно, в конце 1960-х Борис обыграл в карты на деньги молодого рабочего Театра на Таганке Анатолия Меньшикова (1950 г. р.), который был не настолько искушен в азартной игре, как наш земляк. Узнав о случившемся, из-за этого Владимир Высоцкий, якобы, поссорился с Буткеевым – чуть не силой отобрав у того выигранную сумму и вернув ее расстроенному проигравшему... Произошедший случай с картами действительно описан в воспоминаниях Меньшикова. Что называется - "так и познакомились"...
По словам Анатолия, ситуация развивалась следующим образом: "...С Высоцким я познакомился при довольно своеобразных обстоятельствах. Я люблю об этом вспоминать... 1 ноября 1967 года я впервые получил трудом и потом заработанные деньги. Их было немного - 31 рубль 25 копеек. Семья уже ждала этот капитал - надо было жить... Получил деньги, иду по коридору очень довольный. 25 рублей маме, а остальное - на личные расходы. А навстречу мне идет артист театра Борис Будкеев (так в тексте. - А. С.). Кстати, замечательный был артист, к сожалению, его уже нет в живых...
- Привет! Получку получил?
- Получил.
- Пойдем в картишки перекинемся?
- А я не умею...
- Ну, в "очко" - это же так просто... И думать не надо - как карта пойдет.
Здесь надо заметить, что отношение к актерам у нас у всех - монтировщиков, осветителей, рабочих - было как к инопланетянам. Мы смотрели на них "с чувством страха и умиления". И вдруг этот небожитель, который сеет разумное, доброе, вечное, запросто подходит и предлагает поиграть в карты! Это же счастье!
И я пошел. Начали играть без денег. Я стал выигрывать. Он говорит:
- Вот видишь, как тебе везет. Давай по 20 копеек?
- Давай по 20.
Смотрю, у меня уже не 31 рубль 25 копеек, а 32 рубля! 34 рубля! Азарт жуткий, ручонки трясутся...
- А давай по полтиннику?
- Давай!
У меня уже 40 рублей в кармане! Пиджак - долой!
- Давай по рублю?
- Давай по рублю.
- По "трешке"?..
В конце концов я остался "без копья", да еще должен был 15 рублей... Спустился вниз, униженный и оскорбленный, у нас там было актерское фойе. Пусто, я забился в заууток, скрытый за ватным занавесом. В этом закутке стояло драное кресло, я плюхнулся в него и заревел о своей пропащей жизни. А краем глаза вижу, прошел Высоцкий. Потом вернулся, заглянул за занавес. Увидел меня, присел на корточки, положил руку на колено:
- Ты че? Получку получил?
Я так и подпрыгнул на месте: неужели и он картежник?!
- Да нет...
- А че ревешь? С Будкеевым в карты играл?
- Да нет...
- Где он?
- Наверху...
Высоцкий ушел. Вернулся через несколько минут и положил мне в карман пиджака 50 рублей. И еще сказал, что, если увидит меня с Борисом, уши оборвет!
Вообще эта его присказка "Я тебе уши оборву!" преследовала меня довольно долго. Может быть, потому что уши у меня были действительно внушительных размеров.
Так и познакомились..." (В. К. Перевозчиков; "Неизвестный Высоцкий"; М.: "Вагриус", 2005 г.; стр. 169-170; гл. "Анатолий Меньшиков").